ТАНКИ С ПРОТИВОСНАРЯДНЫМ БРОНИРОВАНИЕМ. СОЗДАНИЕ ТАНКОВ Т-34 и KB.

Опыт гражданской войны в Испании и развитие про­тивотанковой артиллерии в 1936—1937 гг. выявили необ­ходимость существенного изменения основных боевых свойств танков — усиления их броневой защиты и введе­ния более мощного артиллерийского вооружения.

При надлежащей организации противотанковой обо­роны и достаточной стойкости войск малокалиберная противотанковая артиллерия (20—37 мм) делала беспер­спективным применение танков с противопульным брони­рованием. Каким грозным оружием подавления пулеме­тов являлись танки противопульного бронирования, та­ким же грозным оружием для танков с противопульным бронированием стала противотанковая скорострельная артиллерия. Поэтому стало необходимым введение противоснарядного бронирования и существенное повышение огневой мощи.

Первый советский танк Т-46-5 (Т-111) с противоснарядным бронированием был построен весной 1937 г. (рис. 34).

Рис. 34. Первый советский танк   противоснарядного бронирования Т-46-5 (Т-111)

При весе 28 т он был защищен 60-мм броней, которая со всех дистанций не пробивалась 37-мм снарядами про­тивотанковой пушки, а с дистанций 1200—1300 м и 76-мм снарядами, имевшими начальную скорость около 660 м/ceк. Вооружение состояло из 45-мм пушки и двух пулеметов: спаренного с пушкой и установленного в кормовой нише башни. Двигатель мощностью 300 л. с. обес­печивал максимальную скорость движения до 30 км/час. Сложная блокированная подвеска была расположена внутри броневого корпуса. По сравнению с предшествую­щими образцами танков была существенно изменена только броневая защита. Значение этого танка в истории советского танкостроения состоит в том, что при его производстве был накоплен необходимый первоначальный опыт создания танкового противоснарядного брониро­вания.

Но, помимо усиления броневой защиты, надо было усилить огневую мощь и определить необходимую по­движность вновь создававшихся танков.

Правильный выбор сочетания основных боевых свойств танков мог быть сделан только на основании научного предвидения характера будущей войны и той роли, которую будут играть в ней бронетанковые войска. Такая задача была по силам только советской военной науке. В эти годы Коммунистическая партия и Советское правительство оказали огромную помощь нашим танко­строителям, нацеливали и направляли работу конструк­торов на решение стержневых проблем танкостроения.

Характерной конструктивной особенностью строив­шихся до этого времени средних и тяжелых танков (Т-28, Т-35) являлась многобашенная установка вооружения, которое обслуживалось многочисленным экипажем. Объем броневого корпуса и башен был велик, сами танки имели большие размеры по высоте и длине. При переходе к противоснарядному бронированию наличие нескольких башен чрезмерно увеличивало вес танков.

Проектировавшиеся в 1938 г. два тяжелых танка с противоснарядным бронированием первоначально были задуманы как трехбашенные; в ходе проектирования ко­личество башен было уменьшено до двух. В сохранении нескольких башен оказывались инерция старых методов проектирования и подход к тяжелому танку, как к боевой машине, имеющей несколько пушек, что являлось харак­терным и оправданным при создании тяжелых танков с противопульным бронированием, но значительно увеличи­вало их вес при противоснарядном бронировании.

Двухбашенные тяжелые танки с (разнокалиберным артиллерийским вооружением (76- и 45-мм пушки) при толщине брони в 60 ммвесили 56—58 т. Требовалось увеличить толщину брони и усилить огневую мощь, не ухуд­шая маневренности вследствие увеличения веса. Поэтому в процессе работы над проектом тяжелого танка коллек­тив конструкторов, возглавляемый Ж. Я. Котиным, при­шел к выводу, что тяжелый танк с прогивоснарядным бронированием должен создаваться как однобашенный, вооруженный одной мощной пушкой.

Проект такого однобашенного тяжелого танка был разработан и затем одобрен правительством. Дальней­шая работа конструкторов была направлена на создание однобашенных танков, вооруженных одной пушкой. Это было важнейшее решение, определившее новые пути компоновки тяжелых и средних танков и обеспечившее создание танков с противоснарядным бронированием, не выходя из границ допустимых весовых данных. Выигрыш в весе, достигаемый вследствие сокращения ' количества башен, и сокращение внутреннего объема танка вслед­ствие уменьшения численности экипажа создавали необ­ходимые условия для увеличения толщины брони без по­вышения веса тяжелого и среднего танка по сравнению с танками Т-35 и Т-28.

Одной из характерных особенностей танкостроения 30-х годов являлась большая работа, проводившаяся по созданию колесно-гусеничных танков. Применение колесно-гусеничного движителя значительно усложняло си­ловую передачу и ходовую часть танков. Тем не менее по ряду причин были построены не только различные об­разцы легких колесно-гусеничных танков, но и средний танк Т-29 с колесно-гусеничным движителем    (рис.   35).

Рис. 35. Средний колесно-гуоеничный танк Т-29 на   ко­лесном ходу

Все образцы вновь созданных колесно-гусеничных танков отличались большой оригинальностью конструкций. В от­личие от танков БТ у них при движении на колесном ходу было несколько пар ведущих колес, что улучшало их проходимость. Такой колесно-гусеничный движи­тель был, например, на среднем танке Т-29 — колесно-гусеничном варианте танка Т-28. Хотя по вооружению и броневой защите этот танк не имел существенных отли­чий от танка Т-28, но зато при движении на гусеницах он развивал максимальную скорость до 54 кмjчас, а на колесном ходу — до 80 км/час. Боевой вес танка Т-29 был около 24 г. Если принять во внимание вес танка, калибр артиллерийского вооружения и скорость движения на гу­сеницах, то нельзя не признать созданный в 1936 г. танк Т-29 как одну из важных ступеней на пути в поисках нового типа среднего танка, который завершился в конеч­ном итоге созданием нашего прославленного танка Т-34.

Рис. 36. Танк БТ-ИС

В середине 30-х годов создается легкий танк БТ-ИС, в котором были использованы отдельные агрегаты и ме­ханизмы, применявшиеся в танках БТ. В этой машине был опробован принцип создания броневого корпуса, у которого все броневые детали лобовой части, бортов и кормы были выполнены с большими углами наклона для повышения их пулестойкости. По такому же принципу была сконструирована и башня. На рис. 36 показан об­щий вид танка БТ-ИС, основные конструктивные реше­ния которого были предложены изобретателем Цыганковым. Особенность его ходовой части заключалась в том, что при движении на колесном ходу три пары опорных катков являлись ведущими.

Рассмотрим теперь те работы, которые непосред­ственно предшествовали созданию среднего   танка Т-34.

Проектирование вновь создававшегося среднего танка вела группа конструкторов, которую возглавлял М. И. Кошкин. Танк был задан как колесно-гусеничный.

Первым непосредственным предшественником танка Т-34 был танк А-20 (рис. 37). От танка БТ-7М он отли-

Рис. 37. Танк А-20 — предшественник танка Т-34

чался новой формой корпуса и башни с несколько боль­шей толщиной брони, а также вновь сконструированным приводом к ведущим колесам для движения на колесном ходу. При движении на колесах из четырех катков (на борт) три являлись ведущими. Форма корпуса была раз­работана конструктором М. И. Таршиновым.

После танка А-20 были созданы танки с более мощ­ным вооружением и улучшенной броневой защитой.

На танке А-30 была установлена 76,2-мм пушка вме­сто 45-мм, примененной на предшествующем танке.

В сложившихся в то время условиях выбор типа движителя, наиболее соответствующего условиям воз­можного боевого применения танков и вместе с тем не вызывающего излишнего усложнения конструкции боевых машин, был одним из центральных вопросов, которые ре­шались при проектировании среднего танка.

По инициативе М. И. Кошкина и А. А. Морозова был разработан вариант гусеничного среднего танка, который получил марку Т-32. В августе 1939 г. после обсуждения нескольких проек­тов средних танков с колесно-гусеничным движителем Главный военный совет поддержал предложение группы конструкторов о создании среднего танка как чисто гусе­ничной машины. Это решение обеспечивало создание конструктивно простых средних танков, нацеливало ра­боту конструкторов на совершенствование гусеничного движителя, как единственно подходящего для танков. В результате усовершенствования модели танка Т-32 и был создан средний танк Т-34 обр. 1940 г. (рис. 38).

Рис. 38. Средний танк Т-34 обр. 1940 г.

Непосредственными    предшественниками   танка    KB были двухбашенные  танки    СМК    (рис.   39)    и   Т-100

Рис. 39. Двухбашенный танк СМК

/рис. 40). Их вооружение состояло из 76-мм и 45-мм пу-щек и нескольких пулеметов. Броня не пробивалась со всех дистанций бронебойными снарядами 37-мм пушек. Но на них использовались еще бензиновые двигатели. На танке СМК была применена стержневая (торсионная) подвеска и катки с внутренней амортизацией.

Рис. 40. Тяжелый танк Т-100

Проектирование и постройка однобашенных тяжелых танков КВ-1 (рис. 41) были осуществлены в 1939 г. Это был первый однобашенный тяжелый танк с противосна-

Рис. 41. Тяжелый танк КВ-1

рядной броней. в декабре 1939 г. этот танк был принят на вооружение. Вскоре был построен и танк КВ-2 (рис. 42), в котором вместо 76-мм пушки устанавлива­лась 152-мм гаубица.

Главным конструктором танка KB был Ж. Я. Котин.

Танки Т-34 и KB явились новой ступенью в развитии танковой техники, ознаменовавшей создание нового на­правления в танкостроении. Оба танка имели ряд ново­введений, впервые осуществленных в практике танко­строения.

Рис. 42. Тяжелый танк КВ-2

Как в среднем, так и в тяжелом танке впервые было определено наиболее правильное сочетание огневой мощи, бронирования и подвижности применительно к условиям боевого их использования, сложившимся в ходе второй мировой войны.

Впервые в танкостроении на среднем и тяжелом тан­ках были установлены длинноствольные 76-мм пушки с высокой по тому времени начальной скоростью 662 м/сек. (Для сравнения укажем, что начальная скорость броне­бойного снаряда 75-мм пушки немецкого танка T-IV рав­нялась 380 м/сек.) На обоих танках были установлены мощные специально танковые быстроходные дизели В-2.

Проектирование советского танкового дизеля В-2 было закончено в 1935 г. Опытные образцы его были опробо­ваны на одном из танков БТ-5. После доработки и усо­вершенствования в 1938 г. дизель В-2 начали устанавли­вать на танках БТ-7М. Опыт эксплуатации танка БТ-7М выявил преимущества дизелей  этого типа, позволил кон­структивно их усовершенствовать.

В то время как зарубежное танкостроение ориентиро­валось на бензиновые двигатели, советские танкостроители оснащали наши боевые машины дизелями, которые позволили значительно увеличить запас хода танка при той же емкости топливных баков, упростить обслужива­ние танка во время эксплуатации, уменьшить опасность возникновения в танках пожаров в боевой обстановке и при запуске, уменьшить помехи при работе радиостанции.

Дизели В-2 с несущественными изменениями при пол­ной взаимозаменяемости основных деталей устанавлива­лись на танки Т-34 и КВ. Этим упрощалась организация производства и ремонта танковых дизелей.

С 1938 г. в советском танкостроении получила исклю­чительное применение индивидуальная подвеска, как наиболее отвечающая получению высоких скоростных данных и обладающая наибольшей живучестью по срав­нению с другими типами подвесок. Переход на индивиду­альную подвеску был осуществлен на основании опыта эксплуатации танков БТ и исследования многочисленных блокированных подвесок, преимущественно применяв­шихся в танках 30-х годов.

После испытания опытных конструкций подвесок в танках KB была введена стержневая (торсионная) рес­сора. Разработка и производство подобной подвески для тяжелого танка были осуществлены впервые. В процессе отработки этой подвески инженерам-технологам при­шлось решить ряд сложных задач по подбору необходи­мых материалов и организации технологического про­цесса изготовления торсионных валов. Успешное решение всех конструктивных и технологических проблем, связан­ных с изготовлением торсионной рессоры, позволило в дальнейшем сделать подвеску этого типа основной для советских танков.

До 1938 г. защита подвесок танков Т-28, Т-35 и дру­гих осуществлялась с помощью специальных фальшбор­тов, что усложняло конструкцию броневой защиты и вы­зывало эксплуатационные неудобства. При переходе к противоснарядному бронированию сохранение специаль­ных фальшбортов приводило к дополнительному увеличе­нию веса танка. Выявилась необходимость найти такую защиту ходовой части, при которой можно было бы отказаться от специального фальшборта. Это оказалось возможным при использовании торсионной (стержневой) рессоры, располагаемой внутри броневого корпуса над днищем танка.

На танках Т-34 и KB были впервые применены широ­кие гусеницы, обеспечившие малое среднее удельное дав­ление на грунт и хорошую проходимость танков. В со­ветских танках среднее удельное давление на грунт не превышало 0,7—0,75 кг/см². В иностранных (немецких, английских, французских, американских) средних и тя­желых танках оно равнялось примерно   0,95—1,0 кг/см².

Опорные катки большого диаметра — один из харак­терных внешних признаков быстроходного танка. В со­ветских средних танках Т-34 были применены опорные катки больших диаметров, как наиболее отвечающие условиям работы ходовой части быстроходных гусенич­ных танков. Таким образом, на основе накопленного опыта эксплуатации и исследовательских работ для тан­ков Т-34 и К.В была разработана ходовая часть, соответ­ствующая сложным условиям использования танков в современной войне.

Конструкция танков Т-34 и KB учитывала требования крупносерийного производства и обеспечивала простоту выполнения полевого ремонта. Все основные агрегаты танков были конструктивно просты и легко осваивались личным составом.

Много технических новшеств было введено и в бро­невую защиту.

На основе достигнутых к 1939 г. успехов в примене­нии электросварки были разработаны сварные конструк­ции броневых корпусов среднего и тяжелого танков.

В выборе формы корпуса и башни некоторый опыт был получен еще в период разработки и постройки от­дельных образцов танков противопульного бронирования. Для увеличения пулестойкости брони применялись кони­ческие башни. Но существовавшие решения по разным причинам не подходили для танков с противоснарядным бронированием. Классическая форма броневого корпуса среднего танка Т-34 являлась совершенно новым реше­нием в бронировании танков, позволившим применить большие углы наклона для повышения снарядостойкости наиболее ответственных деталей броневого корпуса. От­метим, что в сварной башне танка Т-34 соединение бортовых листов с лобовым было выполнено «в шип» впервые _в практике танкостроения.

Кроме тяжелого и среднего танков, в 1940 г. на воору­жение поступили легкий танк Т-50 и плавающий танк Т-40. Первый должен был заменить танки Т-26 и БТ, а второй — танк Т-38.

Легкий танк Т-50 (рис. 43) имел боевой вес около 13 5 г. Его вооружение состояло из 45-мм пушки и пуле­мета. Броневому корпусу и башне были приданы формы,

Рис. 43. Легкий танк Т-50

напоминающие примененные ранее для танка Т-34. Тол­щина брони корпуса и башни составляла 37 мм. При этом лобовые, бортовые и кормовые детали имели одина­ковую толщину. Следовательно, при небольшом весе танк имел по тому времени достаточно надежное бронирова­ние. Дизель мощностью 300 л. с. обеспечивал танку Т-50 наибольшую скорость движения свыше 60 км/час. Под­веска была применена индивидуальная, торсионная. Для командира танка была предусмотрена специальная ба­шенка. Экипаж состоял из четырех человек.

Плавающий танк Т-40 (рис. 44) имел автомобильный двигатель и автомобильную коробку передач. Его боевой вес достигал 5,5 т. Экипаж состоял из двух человек. Танк Т-40 был вооружен крупнокалиберным пулеметом (12,7-мм) и пулеметом обычного калибра (7,62-мм). Броневая защита была противопульной. Наибольшая толщина брони не превышала 14 мм. Танк Т-40 развивал на суше скорость до 44 км/час, а на плаву до 5 км/час. Этот танк, так же как танки KB и Т-50, имел индиви­дуальную торсионную подвеску.

Успехи советского танкостроения были бы немыслимы без  надлежащей   подготовки  новых кадров  инженеров-конструкторов и производственников. Рост бронетан­ковых войск также требовал обеспечения армии необ­ходимым количеством командиров и инженеров-тан­кистов.

Центральный комитет Коммунистической партии Советского Союза и Советское правительство уделяли этому вопросу много внимания. Еще в 1927 г. группа ком­мунистов была направлена на работу в танковую промыш­ленность. В 1930 г. в Ленинграде в Военно-технической академии организуется факультет механизации и мото­ризации. В этом же году   в  Москве   в  Автотракторном

Рис. 44. Плавающий танк Т-40

институте имени Ломоносова создается военно-промыш­ленный танковый факультет с производственным и кон­структорским отделениями. Факультет механизации и мо­торизации в 1932 г. был преобразован в самостоятельную академию, в которую был влит и военно-промышленный факультет института имени Ломоносова. Академия меха­низации и моторизации РККА явилась подлинной кузни­цей кадров командиров и инженеров-танкистов. В числе ее выпускников были дважды Герой Советского Союза генерал армии И. Д. Черняховский, Герой Советского Союза генерал-полковник П. П. Полубояров, Герой Со­циалистического Труда лауреат Сталинской премии гене­рал-лейтенант Ж. Я. Котин, лауреат Сталинской премии А. С. Ермолаев и другие.

Для  подготовки  кадров  конструкторов танков боль­шое значение имело   решение ЦК ВКП(б) о посылке в 1933 г. группы студентов Ленинградского политехнического института на один из танкостроительных заводов для выполнения дипломных проектов. В этой группе сту­дентов находился и будущий известный конструктор танка Т-34 М. И. Кошкин. В танковую промышленность пришли инженеры из других советских высших учебных заведе­ний: Н. Л. Духов, Н. А. Астров, Л. С. Троянов, Л. Е. Сы­чев и другие.

Нужды бронетанковых и механизированных войск в среднем командном и техническом офицерском составе полностью удовлетворялись вновь созданными и реорга­низованными в 1932—1934 гг. танкотехничеекими шко­лами и училищами. Проблема резервов личного со­става была решена благодаря росту технического уровня рабочего класса и колхозного крестьянства, развер­тыванию широкой сети технических школ, курсов и кружков.

Во второй половине 30-х годов бронетанковые и меха­низированные войска Советской Армии не раз выступали на защиту священных границ нашей Родины и мирного труда советских людей от агрессии империалистов. В 1938 г. танки Т-26 нанесли чувствительный урон япон­ским захватчикам у озера Хасан. В 1939 г. танки БТ-7 и Т-26 сыграли важную роль в окружении и разгроме япон­ских самураев на реке Халхин-Гол. Во время войны с белофиннами зимой 1939/40 г. танки Т-28 с усиленным бронированием и несколько танков KB внесли существен­ный вклад в прорыв укреплений на Карельском пере­шейке. Опыт боевых действий на Карельском перешейке подтвердил правильность нового направления в разви­тии нашей танковой техники, выразившегося в создании танков.Т-34 и КВ.

Таким образом, к началу Великой Отечественной войны у нас имелась высокоразвитая техническая база, были отработаны конструкции среднего и тяжелого тан­ков, подготовлены высококвалифицированные кадры тан­костроителей, способные руководить организацией массо­вого производства бронетанковой техники и решать слож­нейшие задачи дальнейшего совершенствования боевых качеств танков, и были созданы обученные кадры офице­ров-танкистов.

Наша советская военная наука правильно определила значение танков в современной  войне   а также соответствующее сочетание их основных боевых свойств и место бронетанковых и механизированных войск в общей си­стеме вооруженных сил.

Это положение и являлось определяющим для разви­тия бронетанковых и механизированных войск Советской Армии.