В октябре 1916 г. Путиловский завод построил оригинальную башню для бронеавтомобиля, установка пулемета в которой позволяла вести огонь  как по наземным, так и по воздушным целям. Башни этого типа решено было установить на 30 полугусеничных бронеавтомобилях из числа 60 заказанных заводу осенью 1916 г. '. Построены они были уже после Великой Октябрьской социалистической революции. Некоторые из этих полугусеничных бронеавтомобилей были успешно использованы при обороне Петрограда осенью 1919 г.

Следует отметить, что полугусеничные бронеавтомобили в некоторых официальных документах 1916—1917 гг. рассматривались как «русский тип танка»². Действительно, в свое время (1919—1920 гг.) полугусеничные бронеавтомобили выполняли задачи легких танков даже более успешно, чем могли их выполнять, например, французские легкие танки, значительно уступавшие русским машинам в подвижности. Успешные результаты испытаний полугусеничных бронеавтомобилей обусловили принятие решения (осенью 1916 г.) о переоборудовании бронеавтомобилей всех основных марок в полугусеничные . Однако вследствие развала и неразберихи в военном производстве никаких мероприятий по реализации этого решения не было предпринято.

Помимо создания полугусеничных бронеавтомобилей, были проделаны и другие работы по улучшению проходимости бронеавтомобилей, приданию им способности преодолевать проволочные заграждения.

В декабре 1915 г. офицер 7-го автоброневого дивизиона Юго-Западного фронта штабс-капитан Поплавко предложил конструкцию бронеавтомобиля, броневой корпус которого был приспособлен для разрушения проволочных заграждений. Повышенная проходимость обеспечивалась использованием шасси с четырьмя ведущими колесами. Бронеавтомобиль такого типа был вскоре построен   и   испытан   (рис.   13).   Благодаря   специальной

Рис. 13. Бронеавтомобиль Поплавко  (1916 г.)

форме корпуса автомобиль, двигаясь со скоростью 5—6 км/час, ломал и выворачивал колья, рвал проволоку и с помощью особого возимого на нем Моста переходил через канавы и траншеи. Поплавко был вызван в Петроград, где под его руководством был изготовлен бронеавтомобиль, который испытывался в июле 1916 г. на Ижорском полигоне. Испытание проводилось после дождя на глинистом и частично торфяном грунте. Бронеавтомобиль преодолел проволочное заграждение в 5 рядов (колья высотой 1—2 метра) и заграждение из рогаток, переплетенных колючей проволокой. После испытаний военное министерство заказало 30 бронеавтомобилей этой конструкции. Сформированный из них особый автоброневой дивизион в октябре 1916 г. был отправлен на Юго-западный фронт.

В начале 1915 г. изобретатель В. А. Казанский предложил создавать боевые вездеходы в виде вооруженных пулеметами бронированных колесных тракторов, предназначавшихся для разрушения проволочных заграждений. По мнению изобретателя, для обеспечения необходимой проходимости следовало применять на тракторах широкие колеса большого диаметра. Предложение Казанского осталось нереализованным.

В декабре 1915 г. поручик Быковец предложил разрушать проволочные заграждения тяжелым бронированным трактором на 8 ведущих колесах '. Было проведено испытание по разрушению проволочных заграждений ко­лесным трактором, который весил около 10 г и имел двигатель в 65 л. с. Трактор был пущен задним ходом на специально построенные проволочные заграждения, которые и были им разрушены.

Для характеристики косности и рутинерства, с которыми приходилось сталкиваться русским изобретателям в то время, весьма характерно заключение комиссии, проводившей это испытание. Ее выводы были следующие:

«...от способа уничтожить проволочную сеть массою дорогого металла в виде трактора надлежит отказаться.

...Тяжелый трактор может сминать проволочное заграждение, но добраться такому трактору по изрытому снарядами пахотному полю под артиллерийским огнем противника... при скорости движения от 6 до 8 верст представляется едва ли возможным».

Заключение комиссии по предложению Быковца было переслано в технический комитет Главного военно-технического управления, который на одном из своих заседаний его и «принял к сведению». 23 ноября 1916 г. комиссия по броневым автомобилям рассматривала модель и чертежи боевой машины весом около 10 г 1, спроектированной инженером Яковлевым. Ее главной конструктивной особенностью являлось наличие двенадцати ведущих колес. Толщина брони основных листов корпуса была 9 мм; вооружение 6 пулеметов. МА-шина могла двигаться по неровному грунту и преодолевать различные препятствия. Рассмотрев проект, комиссия не приняла никакого решения и ограничилась формальной отпиской.

Следующая группа проектов и опытных работ характеризуется стремлением обеспечить необходимую проходимость боевой машины, применяя движители с колесами большого диаметра, катковые или комбинированные.

В разработке конструкции строившейся в 1915— 1917 гг. машины Н. Н. Лебеденке принимали участие такие известные русские ученые, как Н. Е. Жуковский и Б. С. Стечкин. Необходимую проходимость 40-т машины, напоминающей во много раз увеличенный лафет полевой пушки, предполагалось обеспечить, применив два больших передних колеса диаметром 9 м. Каждое колесо приводилось в движение от самостоятельного двигателя мощностью около 200 л. с. Третье колесо меньшего диаметра, расположенное в хвостовой части, должно было служить для поворота машины (рис. 14). На постройку   машины

Рис. 14. Боевая машина Н. Н. Лебеденко  

Лебеденко была израсходована весьма большая по тому времени сумма — 210 000 рублей. Работы финансировались «Союзом городов» и Главным военно-техническим управлением. Строился танк Лебеденко в лесу около железнодорожной площадки Орудиево, вблизи города Дмитрова. Машина Лебеденко известна в истории танкостроения как своего рода «царь-танк», имеющий наибольшие габариты по сравнению с любой другой боевой мА-шиной. При испытании заднее колесо застряло и машина остановилась. Дальнейшие работы над машиной не производились, так как была очевидна ее большая уязвимость от огня противника. Танк до 1923 г. находился вблизи площадки Орудиево, после чего был разобран.

13 августа 1915 г. в техническом комитете Главного военно-технического управления рассматривался проект «Земного броненосца». Он должен был состоять из 5—6 соединенных между собой катков большого диаметра и расположенных над ними броневых площадок. Внутри 2—3 катков должно было размещаться машинное отделение с обслуживающим личным составом, в остальных катках и бронеплощадках — вооружение, боеприпасы и персонал, обслуживающий вооружение.

В 1916 г. рассматривался проект боевой машины, примерный вес которой равнялся 50 г. Ее ходовая часть состояла из 10 колес большого диаметра: 6 ведущих и 4 для осуществления поворотов. Предусматривалась «двухэтажная» компоновка: верхний этаж — боевой, нижний — для размещения двигателя и силовой передачи. Защищенная 9-мм броней машина должна была иметь 6 пушек и столько же пулеметов.

Был разработан также проект «Улучшенной черепахи» весом около 200 т, вооружение которой состояло из двух 8-дюймовых гаубиц, нескольких пушек меньших калибров и десяти пулеметов. Толщина брони предусматривалась в 20—30 мм. «Улучшенная черепаха» должна была приводиться в движение силовой установкой мощностью в 300 л. с. В качестве движителя применялись катки диаметром от 2,5 до 6,6 м.

Позднее, в октябре 1917 г., рассматривался проект боевого самохода, созданный солдатом Кириченко ³. Особенностью этого проекта являлось использование в ка­честве движителя шагающего механизма.

Заслуживает большого внимания проект бронетранс­портера («бронированного автовагона»), разработанный инженер-механиком Сестрорецкого оружейного завода Василием Коноваловым на базе грузового   автомобиля.

Сам изобретатель указывал: «...Современный длин­ный фронт войск, естественно, требует и современных ме­ханических средств передвижения. Для быстрых массо­вых перевозок войск... предлагаю в широком размере воспользоваться автовагоном на три и пять тонн... авто­вагоны со всех сторон имеют броневую защиту из хромо-никелевой стали толщиной в 4 и 6 мм... Каждый такой вагон снабжен одним пулеметом в передней башенке с хорошим обстрелом и с боков щелевидными отверстиями с крепкими заслонками для стрельбы из винтовок. Вну­треннее помещение рассчитано на перевозку 20 человек в сидячем положении... Колеса автовагонов приспособ­лены для наших грунтовых дорог: спицы с обеих сторон закрыты наглухо стальными дисками, катящиеся поверх­ности уширены вдвое против средней нормы и шины во избежание снашивания предохранены стальной панцырною покрышкой...»

Предусматривалась возможность использования авто­вагона для перевозки боеприпасов, для эвакуации ране­ных с поля боя и т. п. Изобретатель весьма подробно пояснил назначение спроектированного им бронирован­ного автовагона и представил детально разработанный проект. Однако ни на его предложение, ни на проект не было обращено должного внимания. Новизна идеи не была понята, и к спроектированному бронетранспортеру предъявили требования, как к обычному бронеавтомо­билю.

В связи с появлением военной авиации и ее быстрым развитием создание зенитных установок выдвинулось на одно из первых мест, поэтому в годы, предшествовав­шие первой мировой войне, на Путиловском заводе раз­рабатывалась конструкция самоходной зенитной 76-мм пушки, устанавливаемой на шасси грузового автомобиля. С 1914 г. эти пушки начали выпускать на Путиловском заводе.

Большой вклад в дело создания самоходной артиллерии внес известный знаток стрелкового дела генерал Н. М. Филатов. 7 января 1916 г. он представил рапорт «О пушечных бронеавтомобилях». В этом рапорте генерал Филатов обосновал необходимость установки полуоткрытых пушек на бронеавтомобили неполного бронирования, т. е. обосновал конструктивное решение установки вооружения и конструкции броневой защиты одного из типов самоходной артиллерии.

В том же 1916 г. под руководством генерала Филатова были спроектированы и построены самоходные орудия иного типа. Трехдюймовые (76,2-мм) противоштурмовые пушки установили на трехколесные и четырехколесные автомобильные шасси. Строились они в мастерских офицерской стрелковой школы, а испытывались в Ораниенбауме (ныне г. Ломоносов) 13 октября 1916 г. Их главной конструктивной особенностью являлось применение откидного сошника для поглощения силы отдачи орудия. Применение сошника было одобрено комиссией, проводившей эти испытания. Позднее спроектировали и начали строить такого же типа установку 42-линейной пушки на базе шасси бронеавтомобиля с четырьмя ведущими колесами.

Отсутствие гусеничных тракторов вынуждало использовать автомобильные шасси в качестве базы для этих самоходных орудий. Колесный движитель, естественно, не мог обеспечить им высокой проходимости, что и являлось их недостатком.

В начале 1917 г.³ в Главном военно-техническом управлении обсуждался 'подробно разработанный проект перевода артиллерии русской армии на тракторную тягу. В этом проекте было дано и теоретическое обоснование необходимости широкого внедрения гусеничного движителя в артиллерию. Применительно к основной цели проекта были определены желательные типы тракторов. Была также обоснована целесообразность введения самоходных гусеничных лафетов. Проект, намного опережавший экономические возможности тогдашней России, остался нереализованным.

В 1914—1916 гг. русские изобретатели решили и многие частные конструктивные вопросы в области бронетанковой техники.

В 1914 г. братья Бажановы изготовили и успешно испытали колеса с внутренней амортизацией, предназначавшиеся для бронеавтомобилей и артиллерийских орудий ', но изобретение не было оценено по достоинству. Только в 1939 г. на серийном советском тяжелом танке KB были применены опорные катки с внутренней амортизацией.

Изобретатель А. А. Чемерзин в 1914 г. впервые применил перископический смотровой прибор для бронеавтомобиля ².

Инженер Василий Ребиков 1 июня 1915 г. предложил двухъярусное расположение башен для бронеавтомобилей ³. На главной вращающейся башне он предложил установить еще одну башню, вооруженную пулеметом. Башням обеспечивалась возможность поворачиваться независимо одна от другой. Изобретатель выполнил несколько проектов установки вооружения бронеавтомобилей, но ни один из них не был реализован. Размещение вооружения, предложенное Ребиковым, представляло безусловный интерес на одном из этапов танкостроения.

Повышение меткости огня боевых машин давно привлекало внимание русских изобретателей. Как известно, на меткость огня с ходу наиболее неблагоприятно сказываются угловые колебания корпуса. Вредное влияние этих колебаний может быть значительно или даже почти полностью нейтрализовано стабилизаторами вооружения.

В августе 1916 г. одна из петроградских фирм предложила электрогироскопический стабилизатор для пушечного вооружения бронеавтомобилей . Это была первая попытка введением стабилизации вооружения броне-автомобилей повысить их меткость огня с ходу. Военное министерство отказалось от стабилизатора, признав его медленно действующим. Однако никаких работ по его усовершенствованию не было проведено.

Привлекало внимание изобретателей и создание плавающих боевых машин. Выше указывалось, что первый

русский опытный танк «Вездеход» был задуман не только как машина высокой проходимости, но и как плавающая. В 1916 г. изобретатель И. И. Чайковский представил в Главное управление кораблестроения предложение о постройке плавающего бронеавтомобиля *. После рассмотрения его докладной записки было принято следующее решение:

«...В бронированном автомобиле, могущем двигаться по воде, морское министерство надобности не встречает». Не находили необходимой поддержки у царских чиновников не только принципиально новые работы, но и мероприятия, направленные на повышение боеспособности уже существующей боевой техники, например бронеавтомобилей. Известно, что неудовлетворительная вентиляция боевого отделения (очистка от пороховых газов) значительно снижает практическую скорострельность вооружения боевых машин. Над разрешением этой проблемы русские конструкторы успешно работали еще в 1915 г. В результате в броневом отделе военно-автомобильной школы было разработано вентиляционное устройство для башен пушечных автомобилей ². Рассматривавшая это предложение комиссия по броневым автомобилям 22 декабря 1915 г. вынесла следующее решение:

«В специальных приспособлениях для вентиляции надобности нет (!); достаточно немного приоткрывать откидную дверку крыши башни, которая должна быть снабжена приспособлением для закрепления ее в таком положении...»

Из усовершенствований бронеавтомобилей отметим проект бронированного автомобиля с шестью ведущими колесами, представленный в начале 1916 г. И. А. Кузьминым. Несколько позднее рядовой Л. Г. Пржевальский предложил приспособление для разрушения проволочных заграждений, которое должно было, устанавливаться на бронеавтомобили.

Приведенные выше далеко не полные материалы свидетельствуют об исключительном размахе творческой мысли русских людей в создании нового вида военной техники — бронетанковой.

Несмотря на огромные усилия, затраченные русскими новаторами на создание нового вида военной техники — танков, русская армия в первую мировую войну танков не имела. Недостаточное развитие тяжелой промышленности в царской России, неподготовленность страны к войне, неразбериха и развал в организации военного производства, не обеспечивавшего фронт даже снарядами, засилье иностранных капиталистов в промышленности являлись причинами, в результате которых не было организовано хотя бы ограниченное, мелкосерийное производство танков.

Иностранные капиталисты всячески стремились использовать в своих корыстных целях экономическую отсталость России. Так, например, американская компания «Газ Трактор» (Лессинг, штат Мичиган) предложила русскому военному министерству поставки гусеничных тракторов... еще не находившихся в производстве. Как выяснилось, компания «Газ Трактор» собиралась, получив русские деньги, построить завод, на котором в дальнейшем и предполагала начать изготовление гусеничных тракторов '.

Поставлявшиеся из Англии бронеавтомобили отличались низким качеством изготовления, а часто и вовсе оказывались непригодными для боя. Прибывшие в конце весны 1916 г. в Россию 25 бронеавтомобилей Шеффильд-Симплекс, 36 бронеавтомобилей Армстронг Уит-ворт-Фиат и 30 бронеавтомобилей Джаррот оказались непригодными для боевого использования. В телеграмме русскому военному агенту в Англии от 30 июня 1916 г. сообщалось, что бронеавтомобили Армстронг Уитворт-Фиат непригодны для отправки на фронт вследствие низкого качества производства (спицы колес срезаются тормозными болтами, шасси перегружено, ряд узлов силовой передачи и ходовой части ненадежен, так как для ответственных деталей применены низкосортные материалы, и т. п.) .

30 июля 1916 г. в документе, адресованном русскому военному агенту в Англии по поводу другой партии бронеавтомобилей, сообщалось: «...все прибывшие в Петроград бронированные автомобили Шеффильда Лориеса и Армстронга оказались в данном их виде непригодными для отправки на фронт».

Зависимость от иностранных капиталистов серьезно тормозила оснащение русской армии броневыми машинами. После неоднократных поставок негодных бронеавтомобилей из Англии русское военное министерство решило заказывать за границей только автомобильные шасси, с тем чтобы их бронирование проводилось на русских заводах. Однако английские и американские фирмы не выполняли контракты, срывали работу заводов, в частности Путиловского и Ижорского, по выпуску бронеавтомобилей для русской армии '. В результате даже такой весьма скромный план, как построй-ка 200 бронеавтомобилей в год, оказался невыполненным.

Царская Россия не смогла создать отечественного танкостроения, не смогла обеспечить русскую армию необходимой бронетанковой техникой.